June 16th, 2008

красный

бессмысленный и беспощадный

Я себя не одобряю. Как только проснусь, так сразу и не одобряю. Лежу, зажав будильник, чтобы заткнуть  его «Ви а зе чемпионс» и не одобряю. И что самое удивительное, ни работу, не одобряю, ни друзей-алкоголиков, ни губернатора, с которым не знаком, ни президента, который не знаком со мной, но давеча прислал три года как покойной бабушке поздравление к девятому мая. Нет. Себя не одобряю.

 

Соседей ненавижу, особенно, когда они скандалят в пять утра. Терпеть не могу, но одобряю. Молодцы! Вчера бухали, сегодня как огурчики поскакали на работу. Один в Мерседесе, другая в Ауди. У одного на носу пластырь,  у другой вокруг глаз заштукатурено. Орлы! А я глажу себе рубашку, выбираю, какой галстук нацепить и не одобряю себя за то, что нужно гладить рубашку и брюки, а не просто воткнуться в джинсы, накинуть ковбойку на голое тело и поехать куда-нибудь творить доброе и вечное.

 

Нет. Еду заниматься чужими деньгами, за что себя так же не одобряю. Тот, чьими деньгами я занимаюсь, даже не знает, что я ими занимаюсь. Я могу их потратить, могу не потратить, могу положить в карман. Могу вынуть из кармана и раскидать по всему Интернету.  Подозреваю, что он даже не заметит. Но я не делаю ни того, ни иного. Я их честно направляю по назначению. Я покупаю время и продаю пространство. А потом наблюдаю, как от реактивного эффекта чуточку ускоряется вращение планеты, и растут продажи, и дрейфует магнитный полюс, и повышается спонтанная узнаваемость бренда, и создается парниковый эффект, и от этого всего опять повышаются продажи, и киты выбрасываются на берег, и дети, бля, в Замбии пиздец как голодают. И за это я себя опять не одобряю.

 

И отправляюсь набирать лишний вес за бизнес-ланчем. И связываюсь с «человеком  на другой стороны земного шара», чтобы узнать у него, что он думает о нашей «биг айдие», о наших «ризн ту беливах», о наших «бенефитах», которых мы собрали в одну кучу. Мы их собрали в огромную кучу. В огроменную кучу,  чтобы все вокруг охренели и бросились увеличивать нам продажи. И человек этот меня одобряет. Он говорит мне «Ол Райт!», он говорит мне «Вандефул!» И от этого я хочу ужинать с водкой. Лучше всего, с целой бутылкой и в одиночестве. Но я покупаю себе минеральной воды. Я сажусь за руль и еду на презентацию. И там разговариваю ни о чем с нетрезвыми людьми. Я говорю им «Круто!», я говорю им «Ты классно выглядишь!», я говорю им «ну, созвонимся». И выхожу, и сажусь в машину, и еду два часа расстояние, которое пешком прохожу за пятнадцать минут. И в эти два часа особенно не одобряю себя.

 

И если ты, сука, ещё хоть раз спросишь: «А что это Вы сегодня какой-то грустный?», или только подумаешь, что нужно осведомиться у меня, почему моя рожа мешает тебе жрать свой «файв о клок», я тебя ударю по голове.  Я подбегу к тебе лёгкой походкой девяностокилограммового греческого бога и надену на твою голову корзину для бумаг. А потом ударю по ней креслом. И очень громко и очень красиво запою «Ви а зе чемпионс». На весь офис. На всё здание. На всю эту сраную планету, чтобы услышали меня дети в этой Замбии, которые пиздец, как голодают. Чтобы услышали и поняли, что голодать – это ещё пол беды. Переедать гораздо хуже. Гораздо.

красный

я за детей инвалидов

(это не значит, что я против боксеров, поскольку сам занимался боксом и через это имею сломанный нос и травму уха)

http://jkz.livejournal.com/634011.html?view=10415515#t10415515

Если кто-то так же за театр для инвалидов, то ставьте ссылку на Олин пост у себя.