красный

Гоняю малолетних курилок

Гоняю малолетних курилок, которые пристрастились дымить под окнами моего кабинета. Там, как раз, очень уютная подворотня. Выхожу во двор с кобелём, весь такой бородатый, в пятнистых штанах и свитере, потрясаю собачьим поводком и кричу: "Я вас! Ща всех вас! Директору школы позвоню! Завучу письмо электрическое напишу! Они разберутся, из которого класса шпана! Родителей в школу! Ух я вас!" Убегают с визгом и хихиканьем. Я в их возрасте тоже покуривал. И меня тоже гоняли. Потому им должно воспринимать сие, как акт передачи культурного кода.

красный

Нижний Тагил

В Нижнем Тагиле нас встретили возле Пединститута и пересадили в ностальгическую белую Волгу с шуршащими тормозами. У деда моего, в бытность заведующим кафедрой Ставропольского сельхозинститута, была такая служебная, профессорская.  К той Волге прилагался шофёр по фамилии Попов, огромный кубанский мужик-шкаф с аккуратными, стеснительными движениями. В нашей небольшой квартире на Осетинке он передвигался словно бы по канату, балансируя по лучу света из кухни, между трюмо и буфетом. Он так же аккуратно пробрался и ко мне в прозу. Обнаружил его, уже макающего белый хлеб в тарелку с борщом, ближе к концу романа «Чеснок».   

И вот опять белая «Волга», только водитель молодой парень, уже из другого времени.  Кто сейчас ездит в Петербурге на таких автомашинах? Почти никто. Неподалёку от моей, ныне уже бывшей, квартиры на Петроградке несколько лет ржавел такой крейсер на вечном приколе за гаражами, от зимы к весне терял то подфарники, то колёса, то кресла из салона, а то и номера. Однажды шёл к Сытному рынку мимо тех гаражей, а нет «Волги», да и гаражей нет. А на их месте какая-то не то стройка, не то просто огороженное забором безобразие и самоуправство.   

Collapse )